С середины апреля Туапсе подвергается ударам беспилотников: по городу и прибрежной инфраструктуре наносятся удары, вследствие которых горят нефтеперерабатывающий завод и морской терминал. Из‑за сильных пожаров в городе и районе сложилась экологическая и гуманитарная проблема, которую многие местные жители называют катастрофой.
Корреспондент провела в Туапсе несколько дней в начале мая: во время работы оказалась под атакой дронов, помогала волонтёрам ухаживать за пострадавшими животными и общалась с жителями.
Дым, тревога и пустые улицы
1 мая над городом поднимался густой чёрный столб дыма — нефть продолжала гореть после очередного удара. Улицы были почти пустыми: люди, которые всё же выходили, завороженно смотрели в сторону пожара.
Некоторые магазины продолжали работать, а продавцы жаловались на кашель, головные боли и ощущение удушья. Жители отмечали, что чувствуют себя оставленными: им приходилось принимать сорбенты и самим искать способы защиты.
Пригородное и городское — под обстрелом
Ночные удары привели к человеческим жертвам и масштабному возгоранию на НПЗ. После особенно сильного ночного обстрела в середине апреля в городе начался крупный пожар; есть погибшие, в том числе дети.
Прибывших на вокзал встречали полицейские с короткими предупреждениями. В течение нескольких минут в отдалении слышались взрывы, а прохожие и пассажиры обсуждали происходящее, пытаясь понять, где безопасно спрятаться.
Местные укрывались в проходных помещениях и магазинах. Люди жаловались, что интернет работает нестабильно, а связь скоординировать сложно.
Эвакуация, помощь и быт пострадавших
По состоянию на начало мая в местных гостиницах оставались десятки жителей районов рядом с НПЗ, часть людей размещали в пунктах временного размещения, чаще всего — в школах. Многие жаловались, что спали на матрасах прямо на полу; на семьи с детьми и пожилых людей такая ситуация особенно тяжело влияет.
Власти пообещали компенсации на ремонт или покупку жилья и заявили о намерении очистить берег и вернуть курортную жизнь в норму, но волонтёры и жители сомневаются в полноте этих планов.
Наблюдения за медиа, давление на репортажи
В городе фиксировали случаи задержаний и поиска авторов публикаций и съёмок: полицейские проверяли людей, которые выкладывали видео и фото из зоны пожаров. Это повлияло на готовность некоторых жителей публиковать материалы о последствиях.
Волонтёры: снаряжение, координация и спасение животных
К помощи подключились волонтёрские сообщества из разных регионов: они координировались в мессенджерах и организовывали пункты приёма, где отмывали животных, кормили их и лечили. Многие привозили самостоятельно купленные респираторы, средства для отмывки и питание — централизованной помощи, по наблюдениям волонтёров, было мало.
На пляжах волонтёры отлавливали птиц, покрытых мазутом, и везли в пункты на отмывку и временный уход. Птицы часто пугались, приходилось тратить много сил и времени, чтобы поймать одну. Инвентарь был скудный: на большую команду порой приходилось всего по два сачка.
Иногда животные погибали: волонтёры привозили найденных птиц и млекопитающих, но не всем удавалось сохранить им жизнь. Эти потери тяжело воспринимаются людьми, которые работают на износе.
Распространение слухов и поиски пропавших
На фоне происходящего появились слухи и противоречивые версии о судьбе местных жителей, в том числе о пропаже подростка. Официальных подтверждений недостаточно, поэтому в обществе остаются опасения и надежды одновременно.
Итоги и настроение города
К моменту отъезда корреспондента 4 мая основные очаги пожара были потушены, но запах дыма, головные боли и кашель сохранялись у многих жителей. Волонтёры продолжали очистку берега и уход за животными, а часть приехавших домой обещала вернуться, чтобы помочь в праздники.
